что ведет к цивилизации вашего народа».
Он советует Ганди бороться с отжившими взглядами в самой Индии: «Мне кажется, что долг каждого образованного индуса состоит в том, чтобы уничтожать все старые суеверия».
Толстой призывает бороться за свободу, освобождаясь от влияния религий: «В наше время людям для избавления себя от наносимых самим себе, дошедших до высшей степени бедствий: индусу ли, ищущему своего освобождения от английского порабощения, или какому-то ни было человеку в борьбе с насильниками, нужны не новые объяснения или оправдания старых религиозных суеверий».
Он порой удивляюще одновременен во взаимоисключающих советах Индии. Статья Толстого «Рабство нашего времени». Вот привычное для автора: «Не противтесь злому». Но тут же: «Улучшение положения людей возможно только при уничтожении насилия».
Или – Толстой не устает наставлять Индию действовать, однако вдруг остужающее: «Социализм, коммунизм, анархизм, армия спасения, увеличивающаяся преступность, безработность населения, увеличивающаяся безумная роскошь богатых и нищета бедных, страшно увеличивающееся число самоубийств, все это признаки того внутреннего противоречия, которое должно и не может быть разрешено».
ОТВЕТЫ ИЗ ИНДИИ
Ганди давно уже отнюдь не ученик начальной школы, чтобы зазубривать наставления русского наставника. Ценит, но и оценивает…
Агитация за Толстого. Индийский собеседник Толстого полон настроенности вербовать в своей стране новых учеников русского мудреца: «Критики Толстого писали порой о том, что он потерпел в жизни крах, что он так и не осуществил свой идеал, – не нашел таинственной зеленой палочки, которую искал всю жизнь. Я не согласен…»
Есть и такое обобщающее высказывание о том, как и чем оказывал Толстой свое влияние на Индию: «Россия дала в лице Толстого учителя, который подвел убедительный базис под мой ненасильственный метод. Толстой благословил мое движение в Южной Африке, когда оно было в зачатии и удивительные возможности которого я еще должен был изучить. Именно он предсказал в письме ко мне, что я руковожу движением, которому суждено выразить надежды угнетенных народов мира».
После таких цитат вроде бы неминуем порыв бить в торжествующие литавры – вот, мол, каковы плоды содружества двух махатм.
Однако же – повторю – их воззрения не втискиваются в придуманные для праздников лозунговые умозаключения. О чем речь?
Ниспровержение кумира? В книге «Моя жизнь» 1921 года Ганди вывел: «Толстой сам писал о своих неудачах. Но это лишь подтверждает его величие. Возможно, Толстой так и не осуществил своей мечты, но такова участь человека».
Дальше – больше: «Толстой часто оказывался непоследовательным потому, что ему было тесно в рамках собственного Учения. О его неудачах знали все, о его душевных муках и победах над собой – он один».
И наконец заявил, что не является последователем политических идей своего наставника.
Не станем однако пугаться этого отзыва. Он ничуть не противоречит всем ранее высказанным восторженным оценкам, да это и не отступничество.
В этом высказывании логика освободительного движения. Ганди становится лидером партии Национальный конгресс. И его левое крыло во главе с будущим премьер-министром Дж. Неру требовало начинать борьбу не только с манифестами на устах.
И разве могло быть иначе? Толстой остался духовным апостолом идей освобождения – Ганди становится руководителем освободительного движения.
Итак, Толстой для Индии, как я выяснил, не икона, но однако и не крышка на гроб забвения. Есть у Ганди такое заявление о Толстом: «Он был велик даже в своих заблуждениях, и они являются критерием не тщетности его идеалов, а его успехов».
ЕЩЕ МНЕНИЯ
Противоречия советов Толстого вызывало противоречивые оценки не только у Ганди.
Спектр мнений и оценок. Толстым и его отношением к Индии восхищаются. Рамазесхан: «Поразительно, что человек, столь далекий от нас, чуждый нашим традициям и нашей истории, сумел так верно понять наши настоящие нужды».
С отрицанием «толстовства» уже упомянутый Дас, лидер радикального студенчества: «Горстка англичан объявила нам войну. Кто же будет удивляться, если мы – миллионы – объявим войну им… Мы хотим вырвать с корнем предрассудок фатализма, вытекающий из непротивления действием… Нам нужна активность в сопротивлении… Когда все средства спасения исчерпаны, должны ли мы обнять смертоносную змею, оставить ее в покое или сопротивляться?»
Без Толстого нельзя, он могучая поддержка. Тот же Дас: «Мы верим, что Вы являетесь сильной опорой… Вы гневно протестуете против угнетения большинства меньшинством…»
Толстого приглашают к совместной деятельности. Один из издателей: «Мы могли бы плодотворно сотрудничать и добиваться успехов в достижении высоких целей во имя справедливости».
Толстым запугивают. В газете вдруг провозгласили: «Гений Толстого как писателя неоспорим… Но, увы, тем глубже и ужаснее будет влияние его как философа-учителя, насадителя разрушительных теорий!.. Дай бог, чтобы доктрина изобретенной Толстым любви не разразилась трагическими последствиями».
Новые поколения. Итак, Индия шла к свободе в том числе с именем Толстого. Но не был ли сразу же после освобождения забыт? Я выбрал высказывания руководителей Индии двух новых поколений из ХХ века.
Дж. Неру, соратник Ганди, уже в роли самого первого руководителя независимой страны: «Лев Толстой принадлежит к числу тех европейских писателей, чье имя и произведения пользуются в Индии, пожалуй, наибольшей известностью. Объясняемся это не только высокими достоинствами произведений, но и духовным сродством между ним и нашим руководителем Махатмой Ганди».
Раджив Ганди (1944–1991), внук Неру, премьер-министр с 1984 до дня гибели от руки от руки террориста: «Переписка Льва Толстого и Махатмы Ганда являет собой совпадение исканий не только двух гениев, но и двух народов, породивших их».
1988. Фестиваль «СССР-Индия». Среди множества самых разных действ в Индии прошел общенациональный семинар «Толстой и Ганди».
2012. Бюст Льва Толстого установлен у Дома-музея Махатмы Ганди.
Раздел 3. Будда и буддизм в оценках нашего Творца
«Читаю буддийский катехизис. Всё подвигаюсь в внутренней работе…»
Л. Н. Толстой из Дневника 1909 года
Свидетельства пролетарского писателя * Будда в сокровенных дневниках * Очерки с именем индийского пророка * В замыслах – книга * Противоречия в оценках
Будда и буддизм – это вторая тема, связавшая Толстого и Индию. Толстой – отмечу – пытался познавать религии Индии со всей ему присущей увлеченностью. В записках Маковицкого, к примеру, я прочитал: «Был Л. П. Горбунов с рукописью – переводом мест, указанных Л. Н., из Кришны и с жизнеописанием Кришны, смесью подвигов мудрых, смиренных наряду с богатырскими, разбойничьими и чудесными».
Свидетельство Максима Горького. Многие ли внимательно прочитали в пространных мемуарах этого писателя преинтереснейшую характеристику взглядам Толстого на две религии: «Христос был свободен, Будда – тоже, и оба приняли на себя грехи мира, добровольно пошли в
